Мышиная утопия эксперимент. Как райская жизнь убивает

Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточный простор для размножения. Однако в результате вся колония мышей вымерла. Почему это произошло? И какие уроки из этого должно вынести человечество?

Американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел ряд удивительных экспериментов в 60–70-х годах двадцатого века. В качестве подопытных Д. Кэлхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего для человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин, «поведенческая раковина» (behavioral sink), обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности. Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел определенную известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживавших послевоенный бэби-бум, стали задумываться о том, как перенаселение повлияет на общественные институты и на каждого человека в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший задуматься о будущем целое поколение, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на поведенческие паттерны грызунов. Кэлхун построил настоящий рай для мышей в условиях лаборатории. Был создан бак размерами два на два метра и высотой полтора метра, откуда подопытные не могли выбраться. Внутри бака поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20 °C), присутствовала в изобилии еда и вода, созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю бак очищался и поддерживался в постоянной чистоте, были предприняты все необходимые меры безопасности: исключалось появление в баке хищников или возникновение массовых инфекций. Подопытные мыши были под постоянным контролем ветеринаров, состояние их здоровья постоянно отслеживалось. Система обеспечения кормом и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли бы одновременно питаться, не испытывая никакого дискомфорта, и 6144 мышей потреблять воду, также не испытывая никаких проблем. Пространства для мышей было более чем достаточно, первые проблемы отсутствия укрытия могли возникнуть только при достижении численности популяции свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей никогда в баке не было, максимальная численность популяции отмечена на уровне 2200 мышей.

Эксперимент стартовал с момента помещения внутрь бака четырех пар здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы освоиться, осознать, в какую мышиную сказку они попали, и начать ускоренно размножаться. Период освоения Кэлхун назвал фазой А, однако с момента рождения первых детенышей началась вторая стадия B. Это стадия экспоненциального роста численности популяции в баке в идеальных условиях, число мышей удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315 дня проведения эксперимента темп роста популяции значительно замедлился, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало собой вступление в третью фазу C. В этот момент в баке проживало около 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и некая социальная жизнь. Стало физически меньше места, чем было ранее.
Появилась категория «отверженных», которых изгоняли в центр бака, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «отверженных» можно было по искусанным хвостам, выдранной шерсти и следам крови на теле. Отверженные состояли, прежде всего, из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных условиях бака мыши жили долго, стареющие мыши не освобождали места для молодых грызунов. Поэтому часто агрессия была направлена на новые поколения особей, рождавшихся в баке. После изгнания самцы ломались психологически, меньше проявляли агрессию, не желали защищать своих беременных самок и исполнять любые социальные роли. Хотя периодически они нападали либо на других особей из общества «отверженных», либо на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к рождению, становились все более нервными, так как в результате роста пассивности среди самцов они становились менее защищенными от случайных атак. В итоге самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако агрессия парадоксальным образом не была направлена только на окружающих, не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и перебирались в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались от размножения. В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных уровней.

Вскоре началась последняя стадия существования мышиного рая - фаза D или фаза смерти, как ее назвал Джон Кэлхун. Символом этой стадии стало появление новой категории мышей, получившей название «красивые». К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющих никакого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни. «Красивые» только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегая конфликтов и выполнения любых социальных функций. Подобное имя они получили потому, что в отличие от большинства прочих обитателей бака на их теле не было следов жестоких битв, шрамов и выдранной шерсти, их нарциссизм и самолюбование стали легендарными. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в баке «красивые» и самки-одиночки, отказывающиеся размножаться и убегающие в верхние гнезда бака, стали большинством.

Средний возраст мыши в последней стадии существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составила 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре составило 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненно необходимых ресурсов. Процветал каннибализм при одновременном изобилии пищи, самки отказывались воспитывать детенышей и убивали их. Мыши стремительно вымирали, на 1780 день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун при помощи коллеги доктора Х. Марден провел ряд экспериментов на третьей стадии фазы смерти. Из бака были изъяты несколько маленьких групп мышей и переселены в столь же идеальные условия, но еще и в условиях минимальной населенности и неограниченного свободного пространства. Никакой скученности и внутривидовой агрессии. По сути, «красивым» и самкам-одиночкам были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в баке экспоненциально размножались и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и самки-одиночки свое поведение не поменяли, отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с репродукцией. В итоге не было новых беременностей и мыши умерли от старости. Подобные одинаковые результаты были отмечены во всех переселенных группах. В итоге все подопытные мыши умерли, находясь в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал по результатам эксперимента теорию двух смертей. «Первая смерть» - это смерть духа. Когда новорожденным особям не стало находиться места в социальной иерархии «мышиного рая», то наметился недостаток социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникло открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, увеличился уровень немотивированной агрессии. Растущая численность популяции, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, всё это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных только к простейшему поведению. В условиях идеального мира, в безопасности, при изобилии еды и воды, отсутствии хищников, большинство особей только ели, пили, спали, ухаживали за собой. Мышь - простое животное, для него самые сложные поведенческие модели - это процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. От всего вышеперечисленного сломленные психологически мыши отказались. Кэлхун называет подобный отказ от сложных поведенческих паттернов «первой смертью» или «смертью духа». После наступления первой смерти физическая смерть («вторая смерть» по терминологии Кэлхуна) неминуема и является вопросом недолгого времени. В результате «первой смерти» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».

Однажды Кэлхуна спросили о причинах появления группы грызунов «красивые». Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевая черта человека, его естественная судьба - это жить в условиях давления, напряжения и стресса. Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбравшие невыносимую легкость бытия, превратились в аутичных «красавцев», способных лишь на самые примитивные функции, поглощения еды и сна. От всего сложного и требующего напряжения «красавцы» отказались и, в принципе, стали не способны на подобное сильное и сложное поведение. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными только к самым рутинным, повседневным действиям для поддержания физиологической жизни, но с уже умершим духом. Что выражается в потере креативности, способности преодолевать и, самое главное, находиться под давлением. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от напряжения, от жизни полной борьбы и преодоления - это «первая смерть» по терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, за которой неизбежно приходит вторая смерть, в этот раз тела.

Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Кэлхуна назывался «Вселенная-25»? Это была двадцать пятая попытка ученого создать рай для мышей, и все предыдущие закончились смертью всех подопытных грызунов…

Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточный простор для размножения. Однако в результате вся колония мышей вымерла. Почему это произошло, какие уроки из этого должно вынести человечество и в чем основа манипуляции сознанием?


Американский ученый-этолог Джон Кэлхун (John B. Calhoun , 1917-95), провел ряд удивительных экспериментов в 60-70-х годах ХХ века. В качестве подопытных Д. Кэлхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущого для человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин, «поведенческая раковина » (behavioral sink), обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности.


Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел определенную известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживавших послевоенный бэби-бум, стали задумываться о том, как перенаселение повлияет на общественные институты и на каждого человека в частности.

Свой самый известный эксперимент, заставивший задуматься о будущем целое поколение, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Целью эксперимента «Вселенная-25 » был анализ влияния плотности популяции на поведенческие паттерны грызунов. Кэлхун построил настоящий рай для мышей в условиях лаборатории. Был создан бак размерами 2 х 2 метра и высотой 1,5 метра, откуда подопытные не могли выбраться. Внутри бака поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20 °C), присутствовала в изобилии еда и вода, созданы многочисленные гн ё зда для самок. Каждую неделю бак очищался и поддерживался в постоянной чистоте, были предприняты все необходимые меры безопасности: исключалось появление в баке хищников или возникновение массовых инфекций. Подопытные мыши были под постоянным контролем ветеринаров, состояние их здоровья постоянно отслеживалось. Система обеспечения кормом и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли бы одновременно питаться, не испытывая никакого дискомфорта, и 6144 мышей потреблять воду, также не испытывая никаких проблем. Пространства для мышей было более чем достаточно, первые проблемы отсутствия укрытия могли возникнуть только при достижении численности популяции свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей никогда в баке не было, максимальная численность популяции отмечена на уровне 2200 мышей.

слева: Джон Кэлхун во время проведения эксперимента. Фото - Journal of Social History, 2009


Эксперимент стартовал с момента помещения внутрь бака 4- х пар здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы освоиться, осознать, в какую « мышиную сказку » они попали, и начать ускоренно размножаться. Период освоения Кэлхун назвал « фазой А » , однако , с момента рождения первых детенышей началась вторая стадия « B » . Это стадия экспоненциального роста численности популяции в баке в идеальных условиях, число мышей удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315 дня проведения эксперимента темп роста популяции значительно замедлился, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало собой вступление в третью фазу C. В этот момент в баке проживало около 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и некая социальная жизнь. Стало физически меньше места, чем было ранее.

Появилась категория «отверженных», которых изгоняли в центр бака, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «отверженных» можно было по искусанным хвостам, выдранной шерсти и следам крови на теле. Отверженные состояли, прежде всего, из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных условиях бака мыши жили долго, стареющие мыши не освобождали места для молодых грызунов. Поэтому часто агрессия была направлена на новые поколения особей, рождавшихся в баке. После изгнания самцы ломались психологически, меньше проявляли агрессию, не желали защищать своих беременных самок и исполнять любые социальные роли. Хотя периодически они нападали либо на других особей из общества «отверженных», либо на любых других мышей.

Самки, готовящиеся к рождению, становились все более нервными, так как в результате роста пассивности среди самцов они становились менее защищенными от случайных атак. В итоге самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако агрессия парадоксальным образом не была направлена только на окружающих, не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали сво и х детенышей и перебирались в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались от размножения. В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных уровней.


Вскоре началась последняя стадия существования « мышиного рая » — « фаза D » или фаза смерти, как е ё назвал Джон Кэлхун. Символом этой стадии стало появление новой категории мышей, получившей название «красивые». К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющих никакого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни. «Красивые» только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегая конфликтов и выполнения любых социальных функций. Подобное имя они получили потому, что в отличие от большинства прочих обитателей бака на их теле не было следов жестоких битв, шрамов и выдранной шерсти, их нарциссизм и самолюбование стали легендарными. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в баке «красивые» и самки-одиночки, отказывающиеся размножаться и убегающие в верхние гнезда бака, стали большинством.

Средний возраст мыши в последней стадии существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составила 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре составило 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненно необходимых ресурсов. Процветал каннибализм при одновременном изобилии пищи, самки отказывались воспитывать детенышей и убивали их. Мыши стремительно вымирали, на 1780 день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».

Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун при помощи коллеги доктора Х. Марден провел ряд экспериментов на третьей стадии фазы смерти. Из бака были изъяты несколько маленьких групп мышей и переселены в столь же идеальные условия, но еще и в условиях минимальной населенности и неограниченного свободного пространства. Никакой скученности и внутривидовой агрессии. По сути, «красивым» и самкам-одиночкам были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в баке экспоненциально размножались и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и самки-одиночки свое поведение не поменяли, отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с репродукцией. В итоге не было новых беременностей и мыши умерли от старости. Подобные одинаковые результаты были отмечены во всех переселенн ы х группах. В итоге все подопытные мыши умерли, находясь в идеальных условиях.

Джон Кэлхун создал по результатам эксперимента теорию двух смертей. «Первая смерть» - это смерть духа. Когда новорожденным особям не стало находиться места в социальной иерархии «мышиного рая», то наметился недостаток социальных ролей в идеальных условиях с неограниченными ресурсами, возникло открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, увеличился уровень немотивированной агрессии. Растущая численность популяции, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, всё это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных только к простейшему поведению.

В условиях « идеального мира » , в безопасности, при изобилии еды и воды, отсутствии хищников, большинство особей только ели, пили, спали, ухаживали за собой. Мышь - простое животное, для него самые сложные поведенческие модели - это процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. От всего вышеперечисленного сломленные психологически мыши отказались. Кэлхун называет подобный отказ от сложных поведенческих паттернов «перв о й смертью» или «смертью духа». После наступления первуй смерти физическая смерть («вторая смерть» по терминологии Кэлхуна) неминуема и является вопросом недолгого времени. В результате «перв о й смерти» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».



«ПРАЗДНОСТЬ, УНЫНИЕ, ЛЕНОСТЬ, ОТЧАЯНИЕ...»

Однажды Кэлхуна спросили о причинах появления группы грызунов « красивые». Кэлхун провел прямую аналогию с человеком, пояснив, что ключевая черта человека, его естественная судьба - это жить в условиях давления, напряжения и стресса. Мыши, отказавшиеся от борьбы, выбравшие « невыносимую легкость бытия » , превратились в аутичных «красавцев», способных лишь на самые примитивные функции, поглощения еды и сна. От всего сложного и требующего напряжения «красавцы» отказались и, в принципе, стали не способны на подобное сильное и сложное поведение. Кэлхун проводит параллели со многими современными мужчинами, способными только к самым рутинным, повседневным действиям для поддержания физиологической жизни, но с уже умершим духом. Что выражается в потере креативности, способности преодолевать и, самое главное, находиться под давлением. Отказ от принятия многочисленных вызовов, бегство от напряжения, от жизни полной борьбы и преодоления - это «первак смерть» по терминологии Джона Кэлхуна или смерть духа, за которой неизбежно приходит вторая смерть, в этот раз тела.

Возможно, у вас остался вопрос, почему эксперимент Д. Кэлхуна назывался «Вселенная-25»? Это была 25-я попутка ученого создать « рай для м ы шей ». С вои первые опыты создания « мышиного мира" он начал ещё в 1947г. Тогда популяция мышиной колонии достигло своего предела при наличии 200 особей, а стабилизировалось – при 150. Потом были ещё, но все они проходили теже этапы, что и « Вселенная 25 » в 1972 год у : после волны насилия и гиперсексуальной активности следовали апатия, асексуальность и самоуничтожение .

КАКИЕ НЕТОЧНОСТИ В ОБЩЕЙ ОЦЕНКИ РЕЗУЛЬТАТОВ МОЖНО УКАЗАТЬ?

Во-первых , как правило за рамками широкого освещения, и даже спекуляций вокруг этого эксперимента оставался вопрос - к то же дольше всех выживал в этом аду? Оказалось – что это мыши, способные справиться с как можно большим числом социальных связей. Во Вселенной - 25 дольше всех выживали самые « общительные м ы ши » .

Во-вторых , следует отметить, что исследователь искал ответ именно на проблему перенаселенности, которая для многих последователей Томаса Мальтуса была « главной причиной социальной несправедливости » в обществе. Свои опыты Кэлхун ставил в 60-х годах прошлого века, в период « бурного десятилетия » , когда в США прошла волна протестов послевоенной молодежи. Это было первое поколение, выросшее в « государстве всеобщего благосостояния» и считавшее социальную защищенность и материальный достаток нормой жизни. На тротуарах Телеграф-авеню в Беркли (Калифорния) и Гринвич-вилиджа в Нью-Йорке появились первые живописные группки неряшливых, длинноволосых праздно шатающихся юношей и девушек, а в обиход вошло новое слово – « хиппи » .

На волне этого движения появились новые « властители дум » (включая и пр.) .

Профессор Стэндфордского университета биолог Пол Эрлих , прославившийся своей апокалипсической книгой « Демографическая бомба » (1968), где он предсказывал, что на протяжении 70-х годов « сотни миллионов людей ждет гибель от голода и холода во мраке » . Его идеи подхватил популярный телеведущий NBC Джонни Карсон в своем знаменитом « Вечернем шоу » . Кроме того, тогда же н ачались массовые движения протеста против американского участия во вьетнамской военной кампании.

Характерно, что самого Джона Кэлхуна проблема голода и сокращения природных ресурсов в результате перенаселенности не волновала. Он утверждал, что скученность сама по себе может разрушить общество, прежде чем голод получит свой шанс сделать это.

В качестве иллюстрации американского отношения к « научному спору интеллектуальных идитов» стоит привести довольно известную (и имеющую отношение к прогнозам 60-70 годов) историю про конфликт сторонника « прогресса » экономиста Джулиана Саймона с упомянутым выше б и ологом -мальтузианцем Полом Эрлихом .

Эрлих был горячим приверженцем мальтузианской теории исчерпания ресурсов, согласно которой потребные человечеству ресурсы растут в арифметической прогрессии, в то время как прирост населения идет согласно геометрической прогрессии. Когда его предсказание не сбылось, это ничуть не смутило стэнфордского биолога: он просто отодвинул дату неминуемого исчерпания ресурсов земных недр, затем еще раз и еще раз.

Показательно, что в 1980 году экономист Джулиан Саймон объявил, что готов спорить с мальтузианцами, что цена любого вида полезных ископаемых будет неуклонно снижаться, что он объяснял « увеличени ем его запасов » . От имени всей армии своих единомышленников Пол Эрлих поднял брошенную перчатку.

В октябре того же года Эрлих и Саймон составили фьючерсный контракт, по которому Саймон обязался через 10 лет продать сопернику партию из пяти произвольно выбранных Эрлихом металлов (медь, хром, никель, олово и вольфрам) стоимостью $ 1000 в ценах 1980 года. Если общая стоимость контракта по истечении указанного периода поднимется выше исходной суммы, Саймон уплатит сопернику разницу, если она опустится ниже $ 1000 долларов, разницу придется покрыть Эрлиху.

Саймон не сомневался в победе. Дело в том, что тогда ещё только началась программа раздутия «долларового пузыря» и сами доллары ФРС США представлялись некой «ценностью», в то время, как предыдущая экономическая история свидетельствовала о неуклонном снижении цен на большинство основных видов сырьевых товаров. Поэтому в начале «рейганомики», на протяжении 80-х годов совокупная цена на 5 указанных металлов упала более чем на 50%. В октябре 1990 года Эрлих признал свое поражение и выслал Саймону чек на $ 576,07.

Дополнительно стоит указать и на общую тенденцию по манипуляции «рыночными» ценами...


В-третьих , напомним сложившуюся к тому времени общую кризисную ситуацию для мировой системы капитализма, п ослевоенное тридцатилетие развития которого представляется его идеологам «золотым веком» преуспевания и беззаботного время препровождения в «государстве всеобщего благоденствия ». Хотя и в усечённой форме, но в западном мире с конца Второй Мировой войны до начала 70-х, «социальное государство» действительно существовало.

Основой нового экономического бума , под знаком которого прошло « кейнсианское тридцатилетие » , в значительной мере стало перенесение американских конвейерных технологий, от которых до войны Европа отгораживалась протекционистскими барьерами. При этом были сняты и внутренние перегородки для движения капитала и товаров в самой Европе. Эти трансформации заложили основу нового экономического роста, настоящий капиталистический бум, продолжавшийся с 1945 по 1973 год. Основа подъема частично крылась в новых технологиях, принесенные из США, но, в первую очередь, экономическому росту способствовало открытие самого платежеспособного в мире на послевоенный период рынка США для подконтрольных им европейских стран и Японии – т.н. «План Маршал л а ». Программа «сладкая халава » или «продукция в обмен на бумажные доллары » начала действовать.

Однако дальнейшая социализация прибылей ставила под сомнение смысл существования самих капиталистических элит, которые всячески сопротивлялись поддержанию концепции «всеобщего благосостояния» и им нужно было найти способы отвращения общества от идей «социального государства». Все это привело к провоцированию «управляемого хаоса» - от «студенческих революций» 1968 года в Париже 1975 году в принципиально важн ом доклад е «Кризис демократии» «мирового правительства» в лице «Трехсторонней комиссии» - написанном Самюэлем Хантингтоном, Мишелем Крозье и Дзёдзи Ватануки .

В докладе под «кризисом демократии» понималась угроза отстранения от управления капиталистической верхушки, поскольку против нее начинает работать сама демократия и welfare state (социальное государство). В докладе указывалось, что «угроза демократическому правлению в США носит не внешний характер », ее источник – «внутренняя динамика самой демократии в высокообразованном, мобильном обществе, характеризующемся высокой степенью (политического) участия ».

Таким образом, был сделан вывод: необходимо способствовать невовлеченности (noninvolvement) масс в политику через развитие апатии. Т.е. демократию, как способ организации власти, предполагалось умерить – в то числе через мнение экспертов: «Во многих случаях необходимость в экспертном знании, превосходстве в положении и ранге (seniority), опыте и особых способностях могут перевешивать притязания демократии как способа конституирования власти ».


Т.е. в тех условиях, когда рядом существовала находящаяся на пике своего экономического могущества социалистическая система, угрозой «демократии» для капиталистической элиты в докладе были названы: само народовластие, высокообразованное общество и высокая степень политического участия масс в управлении (sic!).

А рецептом сохранения власти капиталистической элиты стали: невовлечность масс в политику, развитие апатии, отупление масс и создание « прикормленной экспертократии » . После чего началось активное внедрение этих рецептов "сохранения демократии" (власти "элит").


(В результате, сегодня даже "народные бунты" становятся уже формой прихода к власти еще более отвратительных частей "элит", чем их избирают даже в условиях "управляемой демократии", по сути, такие бунты направлены против социального государства - б/Украина в качестве последнего примера )

Таким образом, в ыводы, сделанные Джоном Кэлхуном, основывались н е сколько н а его эксперимент ах, но и общего, прежде всего навязанного «элитами», пессимистического настроения американского общества 60-70 годов ХХ века , которому результаты эксперимента с мышами были представлены в качестве неминуемой мо дел и будущего состояния человеческой цивилизации. При этом полностью игнорировались такие понятия, как разум, со-весть и сами условия «райских условий», созданных для мышей, которые в человеческом понимании соответствуют такому смертному греху, как «праздность» (уныние, лень, отчаяние) .


В совокупности это показывает, что оформляющаяся к тому моменту группа глобальных манипуляторов из среды иудо-сатанистов, смотрят на человеческое общество и на самих людей как на примитивных подопытных животных - м ышей, и не более того.

В качества такого же «аналога для общества» можно приводить пример с гусями, которых откармливают для производства «фу-гра» или же свиней выращиваемых на сало, и при этом утверждать, что всё «будущее человечества - повальный цирроз печени » или кусок сала.

____________________________

Кто и когда прибумал еврейского бога Йеху Либера. Ч III . Наши дни: каббала «проекта Битлз» , Институт Высокого Коммунитаризма, 28.05.2012

В этом году исполняется ровно 50 лет знаменитому и страшному эксперименту американского этолога Джона Кэлхуна «Вселенная-25». Эксперимент на мышах показал, насколько хрупким может быть социум, поставленный в условия перенаселения и «перекорма». Кэлхун сумел поставить вопрос о будущем нашего мира, но не сумел дать на него ответ. Корреспондент «МИР 24» разобрался в сути эксперимента и узнал, что думают о нем современные ученые. Оказалось, что эксперимент продолжается. Только уже не на мышах, а на нас с вами.

Перенаселенность – вещь нехорошая сама по себе. А последствия ее еще хуже. В конце 60-х годов болезненный озноб перенаселенности внезапно сотряс все страны послевоенного беби-бума.

«Это была эпоха кризиса, – специфику того исторического момента комментирует корреспонденту «МИР 24» профессор Университета Джорджа Мейсона (Вашингтон) биолог Анча Баранова, - Все мысли социологов и антропологов были направлены на ключевую тему: не слишком ли быстро мы размножаемся как вид? Тогда вообще было другое время. Ученые не были отгорожены от развития общественной мысли. Сейчас ученый это просто работник, который по плану ставит эксперимент. А тогда все обо всем думали. Тогда в обществе был замечен ряд процессов, которых раньше не замечали. Например, был переосмыслен процесс урбанизации. В 70-е годы стало понятно, что в городе живут бедные, а богатые - за городом. Тогда это было довольно удивительно. Все эти процессы требовали осмысления. Был проведен целый ряд форсайтов, на которых участники говорили о том, что будет через 50 лет».

Тогда-то и были запущены дорогостоящие государственные программы по изучению перспектив перенаселенного мира. В США одним из руководителей такой программы по исследованию фактора перенаселенности и, так сказать, «перекормленности» общества был известный этолог, профессор Джон Би Кэлхун. В 1968 году он поставил свой знаменитый эксперимент, который вошел в историю под названием «Вселенная-25».

МЫШИНЫЙ РАЙ ДЛЯ ВСЕХ

Кэлхун попытался проанализировать, как высокая плотность населения влияет на поведение людей. Правда, обитателями его модели перенаселенного города стали не люди, а мыши. На базе Национального института психического здоровья грызунам создали поистине райские условия. В куб площадью 12 квадратных метров поместили 4 пары мышей. В кубе поддерживалась оптимальная температура и чистота. Мыши имели неограниченный доступ к еде, воде, а также материалу для строительства гнезд.

По тем временам это был крайне дорогостоящий и очень масштабный эксперимент. Однако на взгляд современного ученого опыт Кэлхуна страдал огромными недостатками: «Тогда такие исследования на мышах проводить было трудно, – говорит Анча Баранова, – Большинства современных научных методик просто не было. Все эти исследования были сделаны, на сегодняшний взгляд, на коленке. Это очень примитивный уровень. Зато тогда такая проблема могла быть поставлена, и все это можно было сделать очень масштабно».

Сам Кэлхун и не подозревал, что с точки зрения его коллег через 50 лет он будет выглядеть наивным баловнем судьбы. Он был уверен, что творит историю. Так оно, в сущности, и было. Потому что эксперимент Кэлхуна так и остался единственным в истории науки. Но вернемся к мышам.

Жизнь грызунов была организована настолько комфортно, что в баке, по подсчетам Кэлхуна, могли проживать 9500 тысяч особей одновременно. Чем не рай? Первые поселенцы стали с воодушевлением совокупляться – а чем еще заниматься в раю? Этот отрезок времени ученый назвал стадией А. Следующая – стадия В – началась с момента рождения первых детенышей. Мыши плодились со страшной скоростью. Число грызунов удваивалось каждые 55 дней. Однако на 315 день эксперимента скорость размножения внезапно замедлилась почти втрое. Теперь на удвоение численности популяции требовалось как минимум 145 дней. Это свидетельствовало о наступлении следующей фазы – С.

К этому моменту до сих пор мирное сообщество мышиного рая существенно изменилось. Внутри мышиного социума сформировалась кастовая иерархия, возглавляемая старшими особями. Почтенные старцы внезапно стали проявлять откровенно садистские наклонности: кусали молодых мышей за хвосты, вступали в беспричинные драки. Жестокость аксакалов привела к тому, что искусанный молодняк сформировал касту отверженных, которым не нашлось места в стае. «Главари» то и дело провоцировали молодежь на драки, сгоняя молодых самцов в центр резервуара. Молодые мыши дрались, как львы, неизвестно за что и неизвестно с кем, а затем ожидаемо теряли силы и впадали в депрессию.

Впрочем, несмотря ни на что мыши продолжали плодиться. Численность популяции по-прежнему возрастала. А вместе с ней возрастала и неконтролируемая агрессия ее членов. Но история мышиного рая на этом не остановилась. Впереди мышей ждал еще больший ужас.

КАННИБАЛИЗМ, ГОМОСЕКСУАЛИЗМ, КРАСОТА, СМЕРТЬ


Постепенно у затравленного молодняка стало пропадать желание защищать самок и спариваться. Поведение самок тоже изменилось. Лишившись защиты обессиленных самцов, они и сами стали агрессивными. Теперь защита потомства превратилась для них в непосильный груз. Дело дошло до каннибализма. Самки пожирали собственных детенышей и уходили в мышиный монастырь – перебирались в верхние гнезда и отказывались от размножения.

На этом фоне бурно расцвела гомосексуальность. Покусанные самцы спаривались с такими же несчастными самцами, а самки с самками. И все равно в мышином раю еще оставались особи, которые отчаянно сопротивлялись всеобщему безумию и продолжали бороться за выживание вида.


Фото: Yoichi R Okamoto

Самый страшный период в истории рая начался с того момента, когда в сообществе грызунов появились мыши, которые вообще отказались от каких-либо социальных контактов и стали заниматься только собой – ели, спали, чистили шкурки. Кэлхун назвал таких мышей-нарциссистов «красивыми». Они действительно мало походили на ободранных изгоев, которые еще пытались постоять за жизнь колонии.

Тут-то и наступила фаза D – фаза смерти. Изможденный побоями молодняк полностью отказался от сопротивления и всех социальных контактов. Престарелые особи жили дольше молодых и не собирались освобождать насиженных мест. Мышиный рай погрузился в депрессию. Процесс воспроизводства окончательно прекратился. Популяция мышей начала стремительно вымирать.

Кэлхун предположил, что если измученных драками мышей вернуть в прежние условия, социальные отношения восстановятся. Он вынул из общего резервуара четыре пары мышей и поместил их в отдельный бак, пытаясь запустить рай сначала. Однако это ничего не изменило. Грызуны продолжали вести себя неадекватно. Способность к полноценному развитию и репродуктивному поведению оказалась утрачена безвозвратно.

Когда численность популяции снизилась до 122 особей, умерла последняя самка репродуктивного возраста. Оставшиеся в живых по-прежнему не хотели как-либо взаимодействовать друг с другом.

Эксперимент завершился в день смерти последнего обитателя мышиной утопии – на 1780 день опыта, в июле 1968 года. Кэлхун повторил тот же самый опыт в 25 резервуарах. Результаты всех 25 экспериментов в точности повторяли друг друга. Все они завершились полным вымиранием популяции.

ПОЧЕМУ РАЙ НЕВОЗМОЖЕН?

Появление деструктивного поведения в условиях перенаселенности Кэлхун назвал «поведенческой воронкой». Впервые термин прозвучал 1 февраля 1962 в его статье «Плотность населения и социальная патология», опубликованной в еженедельном журнале Scientific American. Поведенческие паттерны мышей можно трактовать ровно так же, как и человеческие, а значит, людской рай невозможен, как и мышиный, говорилось в статье. В условиях чрезмерной перенаселенности привычные модели поведения живых существ неизбежно дают сбой и ведут к двум смертям – духа и плоти. Согласно теории Кэлхуна, первой смертью считается отказ от сложных поведенческих паттернов.

Статья Кэлхуна ни разу не была переведена на русский язык. Корреспондент «МИР 24» сделал перевод отрывков из нее специально для нашей публикации: «Их (мышей) «дух» (так называемая «первичная смерть») умирает в момент сильнейшего нервного потрясения. Далее мыши уже не могут преодолевать сложности такого масштаба, которые были бы сопоставимы с задачей выжить или найти способы выживания для целой колонии. Такие виды обречены на массовую гибель, так как следом за духовной смертью у них сразу же следует телесная смерть», – пишет Кэлхун.

Человек, обладающий разумом, устроен гораздо сложнее мышей. Наш «дух», объясняет Кэлхун, привык подталкивать нас к соревнованию с другими членами популяции, чтобы отстаивать свое право играть определенные роли и занимать определенные социальные ниши. Если человек не преуспевает в этом, его дух умирает. Для мышей из «Вселенной-25» это стало причиной быстро телесной смерти. Но разум человека делает эту причинно-следственную связь гораздо более опосредованной.

««Телесная», или вторая смерть у человека, то есть гибель его тела, – пишет Кэлхун, – не имеет ничего общего с его «духовной гибелью», которая происходит в тот момент, когда человек соревнуется с другими членами его популяции для занятия определенной социальной роли и не преуспевает в этой деятельности».

Это значит, что, умерев духовно, мы можем продолжать жить, есть и вполне успешно размножаться, оставаясь при этом чем-то вроде биологических роботов.

ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ?

В середине 70-х годов Джон Кэлхун собрал крупную международную конференцию, посвященную проблемам перенаселенного социума. По итогам конференции весьма небольшим тиражом был выпущен сборник докладов ее участников.

Все доклады были сделаны в стиле апкалиптического пророчества. Ученые отчаянно предупреждали – нашему обществу угрожает скорая и страшная гибель! Однако никакого особенного общественного резонанса ни конференция ни выводы ученых не получили. Тогда как раз разыгрался энергетический кризис и нефть интересовала мир куда больше, чем дохлые мыши. Постепенно все программы изучения будущего были свернуты и история пошла своим путем. Ответ на вопрос о перенаселенности и перекормленности общества повис в воздухе.

«Разные эксперименты проводятся на разном социокультурном фоне, – говорит Анча Баранова, – Дело не в выводах Кэлхуна, а в самой среде, в которой этот эксперимент проводился. Именно она способствовала тому, чтобы выводы были сделаны такие, а не другие.

Неплохо было бы сейчас повторить этот эксперимент, чтобы померить все современными методами и понять, что там происходило с этими мышами. Почему они дохли? Кэлхун вводит термины "смерть души" и "социальная воронка". Но там все могло быть совершенно по-другому. На все это нужны очень большие деньги, которых сейчас никто не даст, потому что это сейчас никого уже не интересует. Почему? Опять-таки все зависит от среды.

Кэлхун в своей книге собрал все научные работы по этому направлению. Например, там были исследования о том, что езда в метро вызывает у людей дикую депрессию. Тогда метро было новым феноменом, и все эти депрессии казались очень важными. Сейчас это уже никого не интересует. Мы перестали ездить в метро? Нет. Просто поменялся социокультурный фон, и из одних и тех же посылок делаются совершенно другие выводы. Метро по-прежнему вызывает депрессию. Но в одном случае мы делаем вывод, что нужно бороться с депрессией, а в другом случае, что нужно привыкать к метро.

Проблема с теми мышами осталась. И нарушения поведения в обществе остались. Но у нас сейчас нет никакого контроля этих процессов. Раньше мы сажали мышей в куб и контролировали их, а теперь мы все живем во Вселенной-25. И где мы возьмем контроль?».

С тех пор прошло 50 лет. Похоже, что за это время мы сами стали и исследователями и исследуемыми.

Эксперимент Вселенная-25 – это научное исследование, во время которого для популяции мышей были созданы максимально комфортные условия жизни. У грызунов было обилие корма и воды, им не угрожали хищники, а также было достаточно места для размножения.

Однако к концу эксперимента все вымерли. О том, почему это случилось, и какое значение это имеет для вообще и человечества в частности – мы расскажем прямо сейчас.

Эксперимент «Вселенная-25»

Американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел немало интересных опытов в 60-х и 70-х годах прошлого века. Для своих экспериментов он использовал и мышей. Кэлхун пытался понять, что ждет человечество в будущем.

Вследствие множества исследований над мышами ученый сформулировал новое понятие – «поведенческая раковина». Под данным выражением подразумевался переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности.

Эксперименты этолога вызвали большой интерес в научном мире. Особенную озабоченность проявили специалисты, проживающие в западных государствах, поскольку после окончания (1939-1945) там наблюдался настоящий бэби-бум. Ученые впервые серьезно задумались над тем, как перенаселение планеты может повлиять на образ жизни людей.

Вселенная-25, или как рай стал адом

Наибольшую популярность Джону принес эксперимент «Вселенная-25», проведенный с мышами в 1972 г. Цель заключалась в том, чтобы изучить и понять то, насколько плотность популяции может влиять на жизнь грызунов. Экспериментатор создал прекрасные условия для полноценного существования и размножения мышей.

Была построена большая конструкция 2х2 м и высотой в 1,5 м. Внутри нее всегда поддерживалась максимально комфортная для мышей температура (+20°C). Мыши не испытывали недостатка в корме и воде. Кроме этого, для мышей были сделаны гнезда для взращивания потомства.

Автор эксперимента следил за тем, чтобы загон содержался в постоянной чистоте. Особое внимание уделялось безопасности мышей. Их регулярно осматривали ветеринары, чтобы исключить появление какой-либо эпидемии.

Интересно, что в загоне могли одновременно пить воду более 6140 мышей, а питаться до 9500. При этом проблемы с «жильем» у грызунов могли возникнуть только в том случае, если бы их количество превысило 3840 особей. Однако такого никогда не было. Максимальное число мышей не превышало 2200 особей.

Мышиный рай

В самом начале эксперимента Вселенная-25 внутрь загона поместили 4 пары здоровых мышей, которые весьма быстро привыкли к новой обстановке и начали активно размножаться. Этот период освоения Джон обозначил фазой A.

Фаза B началась с того момента, когда в «мышином государстве» начало появляться потомство. В это время численность грызунов удваивалась каждые 55 дней. Однако через 10 месяцев ситуация изменилась – наступила фаза C.

Начиная с 315 дня проведения эксперимента Вселенная-25, темп рождения мышей существенно снизился: количество грызунов удваивалось уже каждые 145 дней.

К этому времени в загоне проживало порядка 600 особей, среди которых сформировалась иерархия и некая социальная жизнь. При этом ме́ста становилось все меньше.

«Отверженные»

Эти мыши часто подвергались агрессии, по причине чего у них были искусаны хвосты, а тело покрывали окровавленные раны.

Как правило «отверженными» становились молодые мыши, которые не успели достичь какого-либо положения среди своих сородичей.

То есть старые мыши, которые смогли обрести хорошие жилища и получить определенный социальный статус, не освобождали мест для своего потомства. В связи с этим, агрессия прежде всего проявлялась в отношении молодых особей.

Когда самцы становились изгоями мышиного общества, они ломались психологически, старались избегать конфликтных ситуаций и даже не стремились заботиться о своих беременных самках. При этом периодически они могли нападать на таких же «отверженных» грызунов.

Самки

Беременные самки становились более нервными, поскольку из-за пассивности самцов им приходилось самостоятельно защищаться от возможных атак.

В результате самки начинали драться со своими обидчиками, заступаясь за детенышей. Интересен факт, что такая агрессия нередко была направлена и к своему потомству.

Во время эксперимента Вселенная-25 было зафиксировано множество случаев, когда самки загрызали своих мышат, после чего занимали верхние гнезда.


Кэлхун внутри полигона для экспериментов с мышами, 1970 год

Они утрачивали интерес к размножению и начинали вести аскетический образ жизни. Как следствие, рождаемость резко упала, а смертность молодых мышей существенно возросла.

«Красивые»

После этого в эксперименте началась последняя фаза D – стадия смерти. Ее особенностью стало рождение новой категории мышей, получившей название «красивые».

К последнему виду относились самцы, которые были совершенно не похожи на своих прародителей. Они не дрались за территорию, вели спокойный образ жизни и совершенно не интересовались самками. «Красивые» только питались, ухаживали за собой и не стремились выполнять какие-либо социальные функции.

Кэлхун вместе со своими коллегами поражался тому, что происходило в загоне. «Красивые» наряду с самками-одиночками не желали спариваться, предпочитая жить на верхних этажах «мышиного царства». В конечном счете, их начало становиться все больше и больше.

Финальная стадия

Средний возраст мыши в завершающей фазе развития составил 776 дней, что на 200 дней превышало высшую границу репродуктивного возраста.

Смертность молодняка равнялась 100%, а количество беременных самок со временем снизилось до 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение.

Интересен факт, что, несмотря на то, что в загоне по-прежнему было изобилие корма и воды, в мышином обществе процветал каннибализм. Самки не хотели заботиться о потомстве, а просто убивали его. Все это приводило к тотальному вымиранию.

На 1780 день после старта эксперимента умерла последняя мышь.

Дополнительный шанс

Предвидя такой печальный исход, Кэлхун провел ряд экспериментов на 3 фазе смерти. Из загона взяли несколько небольших групп мышей и поместили их в другое место, где были все условия для полноценной жизни. Говоря простым языком, «красивым» и самкам-одиночкам создали точно такие условия, как и для первых 4 пар мышей.

На удивление ученых, эти грызуны по-прежнему отказывались размножаться и выполнять какие-либо социальные роли. Вследствие того, что самки не производили потомства, все мыши умерли от старости.

Такие же результаты были замечены во всех переселенных группах. Абсолютно все мыши вымерли, имея идеальные условия для размножения и нормальной жизни.

Две смерти

После окончания эксперимента Кэлхун сформулировал собственную теорию двух смертей. Первую из них он назвал смерть духа .

Когда молодняк не смог заполнить свою нишу в социальной иерархии, это привело к серьезному конфликту между взрослыми и молодыми мышами. При этом уровень необоснованной агрессии значительно увеличился.


Джон Кэлхун

В связи с перенаселением «мышиного рая» и повышению степени физического контакта, недавно родившиеся грызуны были сосредоточены исключительно на самых простых вещах.

При изобилии мира и средств к существованию, мышей интересовали только еда, сон и уход за собой. В итоге грызуны, сломленные психологически, не были заинтересованы в борьбе за территорию, ухаживанием за самками и защите потомства.

Подобное поведение мышей экспериментатор назвал «первой смертью» или «смертью духа». По мнению Кэлхуна такая смерть в конечном счете приводит к буквальной кончине грызунов. То есть все особи обрекаются на неминуемую гибель, в каких бы комфортных условиях они ни находились.

Как-то раз у Джона поинтересовались о причинах возникновения «красивых» мышей. Проведя прямую аналогию с людьми, он ответил, что для любого человека вполне нормально жить в напряженной среде, наполненной разными трудностями и переживаниями.

Мыши, отказавшиеся от борьбы за выживание, превратились в эгоцентричных «красавцев», способных только есть, спать и следить за своим внешним видом.

Кэлхун провел параллели со многими современными представителями сильного пола, выполняющими какую-либо рутинную работу и не имеющими в себе «стержня».

Такие мужчины уже умерли духом, что выражается в потере оригинальности и неспособности выдерживать давление со стороны социума. В результате, подобных мужчин вскоре ожидает «вторая смерть», но на этот раз уже физическая.

Вероятно вы, дорогой читатель, до сих пор не понимаете, почему эксперимент Кэлхуна назывался «Вселенная-25». Дело в том, что это была 25 попытка ученого создать рай для мышей. Предыдущие 24 эксперимента закончились смертью всех мышей…

Понравился пост? Нажми любую кнопку.

О которых я писал ранее, подтверждаются.

В 1968 году ученый-этолог Джон Кэлхун, на базе Американского национального института психического здоровья, поставил впечатляющий эксперимент. Кэлхун, провел аналогию социума мышей с человеческим обществом и на этом сходстве попытался предсказать будущее для всего человечества. Для этого ученый создал так называемый «рай» для белых мышей.

В лабораторных условиях, был выстроен квадратный загон 2х2 м. и высотой — 1,5 м., откуда подопытные не сумели бы выбраться. В конструкции поддерживалась благоприятная температура, присутствовали в изобилии корм и вода, постоянно пополнялись материалы для строительства гнезд. Грызуны находились под беспрерывным контролем ветеринаров, которые отслеживали состояние их здоровья.

Были предприняты все необходимые меры безопасности: исключалось присутствие хищников и распространение массовых инфекций. Загон очищали раз в неделю и поддерживали в постоянной чистоте. То есть, для мышей было создано идеальное жизнеобеспечивающее пространство. Ученый описывал свою конструкцию как «мышиную утопию», а свой эксперимент назвал «Вселенная-25» . Загон был рассчитан на 3840 мышей, забежим наперед и отметим, что максимальная численность популяции во время опыта достигла уровня 2200 особей и после только сокращалась.

Когда для эксперимента было все подготовленно в мышиный рай запустили 4 пары грызунов. С этого момента отсчитывается стадия А — период освоения. Через 55 дней мышиные семьи начали давать потомство. С момента появления первых детенышей началась фаза — В. Каждые следующие 55 дней, численность грызунов удваивалась. Уже через 315 дней скорость размножения уменьшилась, теперь количество популяции умножалась в двое каждые 145 дней — фаза С. На этом этапе в загоне стало гораздо меньше места, а количество мышей перевалило за 600 штук. У них успела сформироваться своя иерархия и определенная социальная жизнь.

1) Появилась каста «отверженных», что состояла в основном из молодых особей, они были загнаны в центр бака и постоянно становились жертвами агрессии. Вызвано это было тем, что в идеальных условиях загона мыши долго жили и стареющие поколения не освобождали места в социальной нише для молодых особей. Именно поэтому, агрессия была направлена в основном на молодых грызунов. Узнать их можно было по искусанным хвостам и выдранной шерсти. После изгнания самцы, ломались психологически и не желали защищать своих беременных самок.

2) Самки стали более агрессивными, поскольку им самим приходилось защищать свое потомство. Позже, их агрессия перекинулась и на детенышей, которых они убивали и перебирались в верхние гнезда, становясь отшельниками и отказываясь от размножения.
В результате рождаемость упала, а смертность молодняка достигла высоких результатов. В фазу вступила стадия D — смерть мышиного рая. На этой стадии появилась новая категория мышей — «красивые».

3) «Красивыми» — назвали мышей, что проявляли не характерное для своего вида поведение. Они не вступали в борьбу за самку и территорию, не проявляли желания к размножению. Они только ели, пили, спали и чистили свою шерстку.

Эксперимент — «Вселенная-25″.

Ученый-этолог Джон Кэлхун.

В последствии «красивые» и самки-отшельницы, стали большинством. Средняя продолжительность жизни мышей составила 776 дней, что на 200-ти дней превысило границу репродуктивного возраста. Количество беременностей в последней фазе «мышиного рая» равнялась нулю. Девиантное поведение спровоцировала у мышей гомосексуализм. Также в мышином социуме, не смотря на изобилие пищи процветал каннибализм. Популяция вымирала и на 1780 день опыта умер последний обитатель «мышиного рая». Мышиный социум самоуничтожился. Рай превратился в ад.